Серафима

Жила Сима напротив Сивы. На том же этаже. Собственно, квартир на последнем этаже было только две. Только у неё, в отличие от Сивы, действительно была мебель и кухня. При входе стояли две скульптуры. Одинаковые. Кобра с расправленным капюшоном. Слева и справа от входной двери. В одной из комнат были красивые стеллажи с книгами. До потолка, как в библиотеке. На лесенку надо становиться, чтобы достать с верхних полок. Мягкие разноцветные ковры на полу. На стенах множество картин. На них была изображена природа в лице водопадов, морей, гроз и молний, извержений вулканов. Свирепая и яростная стихия, перед буйством которой человек предстаёт просто щепкой. Ошибкой. Сбоем программы. Как он мог выжить наедине с ней? И построить цивилизации. На других картинах — непонятные абстракции. Похоже на кольца Сатурна, звёзды, чёрные дыры. Неизвестно. Но смотрелось впечатляюще.

— Я привёл познакомиться моего друга Гришу, — сказал Сива.

Когда Гриша увидел Серафиму, он обалдел без преувеличения. Она была необыкновенно красива. Бледное, благородное лицо. Она, как будто, сошла с холста художника эпохи Ренессанса, нежная и величественная. Неземная. Русые волнистые волосы были завязаны в низкий хвост. Гришу понесло на романтику: «Ангел. Где твои крылья?»

— Были крылья, — ответила Серафима, — но их моль съела. Я их в шкафу хранила, а там моль завелась.

— Я тебе говорил, мешочек лаванды надо положить, — деловито сказал Сива. — Ничего, ты и без крыльев — ангел.

— В этом и проблема. Я играю роль, в которой нет места для импровизации, — развела руками Серафима. — Как ты вырос! — сказала Сима, обратившись к ворону, который сидел на плече у Сивы. И погладила его.

— Ты ворона знаешь? — удивился Гриша.

— Да, — ответила Серафима.

— Что ты готовишь? — поинтересовался Сива.

— Овощной суп, — её голос звучал очень мелодично.

— Тоже одни овощи ешь? — спросил Гриша. — Как Сива.

— Да, я вегетарианка.

— А у меня от овощей такое вздутие и барботаж в кишках! — добавил Гриша и продолжил: — Я блог веду, называется «Грегор и ручной ворон читают книги». Это ворон Сивы оказался. Я его нашёл и вырастил. Так забавно. А мне подписчик сегодня написал, что хотел бы услышать разбор… сейчас скажу название. Оно сложное, я не запомнил.

Гриша достал телефон и медленно прочитал:

— Экклесиаст.

— Это Библия, — сказала Серафима. — У меня есть, возьми почитать.

Она достала с полки толстую тяжёлую книгу.

— Ого, спасибо! А я вот недавно закончил «Война с миром». Там автор Жирный Лев. Или Толстый. Забыл уже. Я потом запросил у нейросети краткое содержание в одно предложение, и получилось: русские разбили французов, а Наташа вышла замуж за Пьера. А я читал несколько месяцев.

— Ты читал «Войну и мир» Льва Толстого? — поинтересовалась Серафима.

— Да, нарвался на четыре тома. Библию тоже буду читать. Больше толстых книг не боюсь. Я слышал, там про Бога. А кто такой Бог?

— Никто толком не знает, — блеснув глазами, ответил Сива.

— Люди ищут Бога, размышляют о смысле бытия. Хотите есть? — спросила Серафима.

— Нет, мне домой ехать пора, — ответил Гриша. — Я ведь не живу в этом доме, не переехал ещё. В квартире здесь пока ещё ремонт. Я комнату снимаю. Мне ехать далеко. До свидания! Приятно было познакомиться, Сима!

— И мне, — улыбнулась Серафима.

Как только дверь за ним закрылась, Сима взволнованно спросила:

— Зачем ты его привёл к нам?

— Его нашёл ворон, — серьёзно ответил Сива. — Грише не мог не надоесть его город, он не мог не приехать в Москву, он не мог не найти ворона и не мог не начать вести блог, наконец, не мог не купить квартиру в этом доме…

— У людей есть свободный выбор, — сказала Серафима.

— Да. Что съесть на гарнир: гречку или макароны, — рассмеялся Сива.

— Но хоть какой-то! А у меня вообще нет. Я часть игры, — расстроенно сказала Серафима.

— Ты часть большого замысла, — гордо сказал Сива. — Люди мыслят дуально: добро-зло, свет-тьма, вход-выход. Но существует не только верх и низ. Есть ещё и центр. Третье измерение. Настоящий момент. Здесь всё сходится. Прошлое — настоящее — будущее. Не как луч. А как круг. И всё в одном. Движется. Меняется. Повторяется. Когда созданы все условия, задуманное не может не произойти.

Мало ли, много ли времени прошло, но ремонт Гриша наконец-то закончил. Настало время переезжать в свою квартиру! Попрощался с Полиной, Клеопатрой и Александром. Программист из комнаты так и не вышел. Клеопатра уплетала шоколадный батончик. Александр был бледнее обычного. Полина взахлёб читала книгу: «Как быстро разбогатеть, если у тебя ни гроша». Все были расстроены, что Гриша съезжает, но не подавали виду. Он платил вовремя, убирал квартиру. В раковине вновь стояла гора грязной посуды. Тараканы вернулись. Но Грише было уже всё равно. Он взял оставшиеся пару сумок, отдал ключи и уехал.

Подходит Гриша к своему новому дому, как вдруг на него на всей скорости летит небольшой легковой автомобиль ядовитого жёлтого цвета! Еле затормозил прямо перед самим Гришей.

— Извините, пожалуйста! — из автомобиля высунулся розовощёкий светловолосый мужчина. — Я сына водить учу. Ему скоро восемнадцать исполнится, хочу, чтобы он на права сдал.

За рулём сидел перепуганный парень с вытаращенными глазами. Он тоже пробормотал «Простите, пожалуйста».

— Как сдаст, я машину ему эту подарю, красивую жёлтенькую! И будет возить своего старика на дачу. А то я ведь из гаража не могу выехать не ободравшись! Меня Степан зовут, я в этом доме живу.

— Смотрите, куда едете! Чуть меня не задавили! — громко сказал Гриша. — Я тоже в этом доме теперь живу. Меня Григорий зовут.

— Вы переезжаете? Сын, я помогу вещи донести, а ты машину припаркуй, — сказал Степан и вышел из автомобиля.

— Максик, мой сын, сам уже парковаться начал! — чуть ли не со слезами на глазах сказал Степан. — А только недавно я горшок выносил. Как быстро растут дети!

И помог сосед Степан донести Грише вещи до квартиры.

— Пошли к нам, жена борщ и голубцы готовит, поужинаешь, а то голодный, небось? — предложил Степан.

— Правда голодный. Спасибо! — согласился Гриша.

Дома пахло только что приготовленной едой. Квартира была небольшая, но уютная. Особенно это показалось Грише после того, как он много лет скитался по съёмному жилью. Соскучился по ощущению дома, где горит свет, пахнет едой и кто-то тебя ждёт.

— Привет, Инна, это наш сосед Гриша. Он недавно переехал.

— Рады познакомиться! — приветливо улыбаясь, ответила Инна, жена Степана. Это была невысокая кудрявая добродушная женщина. Работала в детском саду неподалёку.

Как раз и Максим вернулся, припарковав автомобиль. Все уселись за стол ужинать.

— Только судебное разбирательство закончил. У меня магазин сантехники, — начал разговор Степан, параллельно поедая борщ. — Небольшой бизнес, так недавно хотели отжать! В суд с иском на меня подала компания по производству унитазов, что я им что-то недоплатил. Я заплатил за всю поставку, это другая компания им не заплатила, а денег стали с меня требовать. У нас сосед сверху оказался адвокат, Никита зовут. У него бюро, взялся помочь. Я обрадовался. Так он меня перекинул какому-то молоденькому мальчику юристу, чтобы он моё дело вёл. А этот молодой проиграл в суде! А денег сколько им заплатил! Ну я тогда из его бюро ушёл и другого нашёл в интернете просто. Даже не по знакомству. И с тем мы подали на апелляцию, я сам в суд пошёл вместе с ним. Всё объяснил судье. И мы выиграли дело! А Никита только разводил руками и говорил: «Человеческий фактор. Судья тоже человек. Принял решение не в нашу пользу». А вы мне на что тогда?! Другой адвокат вот сумел доказать и выиграть.

— Столько нервов ушло! Даже вспоминать не хочется. Давайте о чём-то весёлом, — вступила в разговор Инна. — А ты дачников на ролс-ройсе видел уже?

— Кого? — удивился Гриша.

— У соседа с верхнего этажа есть ролс-ройл, — стал рассказывать Степан. — И он на нём свою маму с рассадой на дачу возит. Мадама такая в платье в горошек. Какие-то тюки, свёрнутые одеяла, лампа настольная, пачка кроссвордов и кошка в корзинке. У ролс-ройса весь зад просел, земли касается. На дачу едут. А сам-то он, Руслан зовут, ходит в носках дырявых, натянет их по колено, а пальцы торчат. И дыра на пятке. Ходит в сланцах и шортах с карманами по бокам. И в майке-алкоголичке с розовыми слониками. Мне адвокат Никита говорил, что он депутат.

— А мне он лично сказал, — прервала Инна, — когда с ним разговаривала, что он медиум. И общался с Наполеоном и Сталиным.

— По вай-фай? — удивлённо спросил Гриша.

— По зуму? — поинтересовался Максим.

— По пьяни! — воскликнула Инна. — Он же пьёт как не в себя! Отвезёт маму на дачу и бухать. Один с мамой живёт. И кошкой. У него была раньше жена певица, но она сбежала.

— Депутат-медиум, — засмеялся Степан.

— А мне рассказывали другую версию, — заговорил Максим. — Что у этого Руслана отец был какой-то шишкой в партии в советское время и состояние у него есть. А жена была не певица, а актриса. В сериалах снимается. Маме его она не нравилась, и она пошла к гадалке, чтобы их развести. Но что-то пошло не так. Гадалка не туда наколдовала. С актрисой-то она сына развела, но в неё влюбился её собственный муж и отец Руслана. И стал жить с актрисой. А денег дал сыну, чтобы тот не переживал. Он себе ролс-ройс купил. Теперь бывшая жена и отец живут вместе в квартире под Русланом и его матерью. А те их ненавидят. И заливают горячей водой. Даже свою квартиру готовы испортить, так тех ненавидят. И к соседям снизу прошло.

— Так всегда, — прервал Степан, уплетая голубцы. — Сверху воюют, а снизу страдают.

— А однажды на даче, — Максим продолжил, — они набрали навозных лепёшек и под дверь актрисе и отцу подложили. Те не заметили и вляпались! Это мне всё рассказал их сын, мой ровесник.

— То есть это брат Руслана получается, — сказал Степан. — Сын его отца и бывшей жены актрисы.

— Насколько же он моложе брата, — стала считать Инна. — Лет на сорок! Руслану под шестьдесят, парню около восемнадцати. Мать его зовут Евгения, и она мне сказала, чтобы мы никогда не мыли машину на мойке внизу дома. Там обитает Нечистая сила!

— Да кто бы говорил, — рассмеялся Степан. — А сама-то она кто? Сына развела, к гадалке ходила…

— А сама она в своё время была научным сотрудником Института по изучению мозга человека. И сказала, что то, что она там увидела, переворачивает представления о жизни и смерти! Больше они там ролс-ройс не моют. На другую мойку ездят.

— А я сколько ни хотел помыть там машину, никак не попаду. Всё время закрыто, — развёл руками Степан.

— А чем вы занимаетесь? — спросил Максим у Гриши.

— Я блогер, — наконец-то очередь в разговоре дошла до Гриши. — Вот мой канал.

Он достал телефон и включил видео с канала «Грегор и ручной ворон читают книги».

— У тебя что, ворон с разными глазами? Вон один глаз зелёный как сверкает. Птица клювом перелистывает страницы, — удивился Максим.

— Да, перелистывает, когда я заканчиваю читать. Он мой и Сивы. Это мой друг из пентхауса тут.

— С верхнего этажа? — спросил Степан. — Там же никто не живёт.

— Живут, Сива и Сима. Я у них в гостях был.

— Я никогда не слышал, чтобы там кто-то был. И свет никогда не горит, — продолжал Степан.

— А я бело-голубое свечение видел из тех окон. И крыши. Когда ребёнком был. Как силуэты людей, — сказал Максим.

— Не выдумывай, — отмахнулась Инна.

— А где ты ворона взял? — спросил Степан.

— На улице нашёл. Да просто птица. Есть кошки с разными глазами. И люди бывают, — спокойно сказал Гриша.

— Нашёл на улице ручного ворона с разными глазами, один из которых зелёный. Стал вести с ним блог. А потом заработал и купил квартиру в доме, где живёт этот мифический Сива в пентхаусе, кому, оказывается, принадлежит птица, — повторил Степан. — Я в этом доме всю жизнь живу и сроду не слышал про то, что пентхаус заселён.

Дальше разговор как-то не клеился. Но Гриша всё равно был доволен, что его накормили и он пообщался с соседями. Он попрощался и пошёл спать в свою новую квартиру.